10:15
3002
0
14.01.2013

Шесть лет… свободы

Татьяна ФИЛИППОВА, НЦЖР

Алексей Казимиров провел в колонии чуть больше месяца, и был освобожден… решением суда по болезни. Теперь ни в одной правоохранительной инстанции не могут четко пояснить, где находится осужденный преступник. Так история Алексея Казимирова стала наглядным пособием того, как после совершения тяжкого преступления в нашей стране можно избежать наказания.

Справка – как прощение всех грехов

Об обстоятельствах одного из самых резонансных уголовных дел минувшего года не раз писали многочисленные средства массовой информации. В феврале 2011 года Алексей Казимиров при отягчающих обстоятельствах на пешеходном переходе сбил Юлию Каланчеву, за что был осужден на 6 лет лишения свободы. Однако вскоре после завершения рассмотрения дела в суде, в то время, когда осужденный должен был находиться в тюрьме, его начали встречать в Николаеве разгуливающим по ночным клубам и разъезжающим на новой иномарке. В социальных сетях он активно общался с друзьями, явно демонстрируя свой образ жизни представителя «золотой молодежи». Родителям погибшей девушки в который раз пришлось обращаться в различные инстанции, чтобы выяснить, отбывает ли наказание преступник.



Как оказалось, Казимирова действительно отпустили на свободу решением Белозерского районного суда Херсонской области, где осужденный находился в Дарьевской исправительной колонии № 10 той же области. Основанием стало заключение медицинской комиссии, которая рассмотрела документы о неизлечимой болезни Казимирова и сделала вывод о том, что его «нынешнее состояние и дальнейший прогноз» не позволяют ему находиться в тюрьме. В конце июля 2012 года Казимиров получил «вольную» и вышел на свободу.

Авторитет медиков

Впрочем, доводы благоразумия говорят о том, что раз человек осужден, то он должен понести наказание в любом случае. С этим соглашаются и в прокуратуре Херсонской области. Пресс-секретарь Федор Самойленко рассказал о предпринятых мерах. Сотрудники прокуратуры Херсонской области – не по своей инициативе, а после настойчивых обращений родителей Юли Каланчевой – рассматривали обоснованность решения медицинской комиссии, а также направили кассационную жалобу в Высший специализированный суд по рассмотрению гражданских и уголовных дел с требованием проверить обоснованость решения Белозерского районного суда. Что же выяснили сотрудники прокуратуры?

Федор Самойленко пояснил, что прокурор не может подменять работу специалистов, а потому приходилось основываться на выводах медиков, которые утверждают, что Казимиров в самом деле серьезно болен и даже после нескольких очень дорогостоящих операций – «не жилец». К проверке обещали привлечь специалистов, в частности, нейрохирургов, которые должны были высказать свое компетентное мнение относительно состояния здоровья осужденного. Впрочем, соответствующих документов у него нет, отметил пресс-секретарь. Но решение медицинской комиссии, по словам Ф. Самойленко, Херсонская прокуратура признала абсолютно законным. На основании чего, в Херсонской прокуратуре не уточняют. Завершающую точку в проверке должен поставить Высший специализированный суд, в котором дела, как отметил пресс-секретарь, рассматриваются «очень долго». Этого решения в прокуратуре Херсонской области ждут по сей день.

Федор Самойленко рассказал также о том, что в исправительных учреждениях распространена практика освобождения тяжелобольных заключенных: чтобы не портили картину отчетности возможными смертями. Потому, мол, и стараются «выпроводить» их на волю. Но тогда возникает два вопроса: наколько состояние Казимирова требовало освобождения и каким образом он должен отбывать наказание, даже будучи освобожденным из мест заключения?

Пустили щуку в реку!

Четких ответов на эти вопросы должностные лица не дают. Начальник управления государственной пенитенциарной службы в Херсонской области В. Г. Пинькас, характеризуя поведение А. Казимирова в заключении, сообщил, что он «зарекомендовал себя посредственно. Участия в программах дифференционного воспитательного влияния не принимал. По отношению к представителям колонии был вежливым». И почему-то ни слова не сказано о его физическом самочувствии, о жалобах на недомогание, об обращениях к врачам, хотя медики утверждают о «прогрессирующем течении болезни». Белозерский суд освободил уголовного преступника от наказания и «рекомендовал лечение в условиях нейрохиругического стационара МОЗ Украины».

 

Из тюрьмы Казимиров вышел с «рекомендациями», выполнение которых, как оказывается, также никто не контролирует. В Заводский райотдел милиции, куда по месту проживания Казимиров должен был явиться и «уведомить» об этом правоохранителей, он «не дошел». Ничего о его нынешнем местонахождении не знают ни в Управлении пенитенциарной службы в Николаевской области, ни в Государственной исполнительной службе! Казимиров в очередной раз объявлен в розыск – теперь уже исполнительной службой.

 

В октябре прошлого года государственный исполнитель Заводской исполнительной службы в разговоре с матерью А. Казимирова узнал, что осужденный находится на лечении в России. Подтверждается ли это какими-либо письменными документами, или исполнитель вынужден просто поверить на слово Любови Дмитриевне Казимировой, неизвестно. До сих пор неясно и то, в какой клинике лечился Казимиров (и лечился ли вообще), сколько времени продолжалось это лечение, а также, где он находится в настоящее время.

 

Пока в инстанциях готовят очередные отписки, никак не влияющие на результат, Казимирова периодически видят на улицах Николаева: теперь уже в стареньком «жигуленке» вместе с отцом, который, как видно, не отпускает его от себя ни на шаг.

Исполнительная служба: с преступника взять нечего…

Кроме того, что родители Юли Каланчевой – Юрий и Елена Смирновы – вынуждены сами следить за тем, выполняется ли решение суда и отбывает ли наказание убийца, немало сил в времени у них отнимает вопрос возмещения морального и материального ущерба, также присужденного судом. Сразу по шести искам от родственников Юли осужденный Казимиров должен выплатить внушительную сумму в более чем 250 тыс. грн. Однако ни копейки компенсации пострадавшим на сегодня осужденный не выплатил.

 

Информация о действиях исполнителей Заводской исполнительной службы, которую предоставили в Управлении Государственной исполнительной службы Главного управления юстиции в Николаевской области, заняла девять печатных страниц убористого текста. Деятельность исполнителей предстает из них настолько «бурной», что просто диву даешься количеству всевозможных бумаг и постановлений, «ухвал и впроваджень». А результата – ноль. Если человек, привыкший к нормальной человеческой речи, будет долго вчитываться в чиновничьи термины, то сможет с трудом понять, что в начале исполнитель не мог получить идентификационный код Казимирова, а Заводская налоговая инспекция отказалась его предоставить  служителям Фемиды из-за «отсутствия оснований»! Затем выяснилось, что в суде неправильно написали фамилию Казимирова на украинском языке, из-за чего исполнительные документы оказались недействительными. Пришлось и судебным исполнителям подобные ошибки исправлять … в суде.

 

Несколько попыток принудительно войти в дом, где зарегистрирован А. Казимиров, ничем не увенчались: оказалось, что все, что там находится, принадлежит не осужденному, а его родственникам. А за самим Казимировым не числится ни недвижимости, ни транспортных средств, ни земельных участков. Чего в общем-то и следовало ожидать.

 

Однако известно, что есть злополучный «Мерседес», за рулем которого находился в день трагедии Казимиров, и содержится он на штрафплощадке Госавтоинспекции. Иномарка могла бы быть реализована с целью компенсации ущерба, нанесенного пострадавшей стороне. Между тем, правоохранители не допустили адвоката Смирновых к машине, чтобы выяснить, в какую страховую компанию можно обратиться за страховкой. Как пояснили при этом Смирновым сотрудники ГАИ, ключи от машины отдали родственникам Казимирова, которые предъявили на нее технический паспорт, хотя официально владелицей машины значится некая жительница Одесской области В. А. Горошко. К ней судебные исполнители пока не удосужились достучаться, чтобы узнать, действительной или формальной хозяйкой «Мерседеса» она является. Но, как заверили в Управлении исполнительной службы, это дело времени. Единственным способом решения вопроса компенсации сейчас является наложение взыскания на автомобиль, что судебные исполнители пока не могут сделать, следуя букве закона: ведь формально машина принадлежит третьему лицу.

Преступнику – волю, пострадавшим – закон?

Поскольку во всех инстанциях уверенно отвечают, что в истории с Казимировым действуют исключительно по закону, и в доказательство приводят многочисленные статьи закона и инструкции, то невольно возникает вопрос: на чьей стороне все-таки украинское законодательство?

 

Так, в одном из ответов прокуратуры Херсонской области, которое адресовано Е. Смирновой, говоря о Казимирове, первый заместитель прокурора Херсонской области А. Кузьменко неожиданно встает на защиту А. Казимирова: «Никто не может вмешиваться в его личную жизнь. Физическое лицо имеет право на тайну о состоянии своего здоровья, на диагноз, а также на факты обращения за медицинской помощью».

Погибшая Юлия Каланчева. Место трагедии
 

В то же время Смирновым не раз напоминали об их «правах»: знакомиться с материалами исполнительного производства, делать с них копии, заявлять отводы, оспаривать решения, действия или бездеятельность судебного исполнителя, подавать дополнительные материалы и ходатайства и тому подобное. Одним словом, пишите письма и не вмешивайтесь в личную жизнь преступника? Выходит, сегодня законы таковы, что преступники и правонарушители защищены гораздо лучше, чем рядовые добропорядочные граждане, и многое в законодательстве необходимо пересматривать? В 2010 году Европейский суд официально на весь мир признал систему исполнения судебных решений в Украине неэффективной и обязал руководство страны принять меры. Однако до сих пор незначительные поправки к законам положения не изменили, и законодательство остается таким, что не позволяет выполнить подавляющее большинство решений, принимаемых судами. Таким образом, сводятся на нет все усилия системы судопроизводства в нашей стране, и рядовой украинец, обратившийся в суд за справедливостью, уходит ни с чем.

 

Остается добавить, что уверенности сотрудников Херсонской прокуратуры в том, что медицинские заключения, благодаря которым освободили Казимирова, совершенно обоснованны, не разделяет народный депутат Украины Александра Кужель. Она обратилась по этому поводу к Генеральному прокурору Украины Виктору Пшонке. Кужель считает, что история освобождения Алексея Казимирова – это «недопустимый факт безнаказанности и безответственности» преступника, и потребовала дополнительного расследования оснований его освобождения. Как видим, к сожалению, шоу лицемерной видимой законности происходящего, при которой на деле уголовный преступник избегает наказания, продолжается, и конца ему пока не видно. Поможет ли вмешательство в дело народного депутата, если все правоохранительные органы, вместе взятые, не в силах водворить убийцу за решетку, как того требует закон?

Обсуждение

Пожалуйста, введите буквы, показанные на картинке.
Буквы вводятся без учета регистра.