12:09
2387
0
29.11.2013

9-летний николаевский школьник, получивший 85 процентов ожогов, нуждается в помощи

Прошло четыре месяца после того трагического дня, но все детали случившегося несчастья родственники и родители пострадавшего подростка помнят до мельчайших подробностей.

– Ваня с младшим братом – 6-летним Сашей на летние каникулы поехали к бабушке в Подмосковье, – рассказывает мама Оксана Юрьевна Нагирная. – Там же проживает и моя двоюродная сестра Лариса с семьей. Поэтому я была спокойна, тем более, что Ваня у нас очень спокойный и рассудительный мальчик. Я больше переживала за младшего и просила старшего брата присматривать за ним. Но жизнь, как оказалось, вносит свои коррективы – беда случилась как раз с Ваней.

В тот день, а это было 10 июля, мы с мужем по работе были в Херсоне – закупали овощи. Уже в девятом часу вечера по мобильному телефону позвонила сестра Лариса и сообщила страшную новость: Ваня сильно обгорел и находится в реанимации. Возле костра, где они собирались пожарить шашлык, взорвался баллончик с жидкостью для розжига. Не вдаваясь в подробности, в считанные часы мы были уже в Ильичевском аэропорту и ждали рейс на Москву. Когда зашли в Звенигородскую районную больницу, куда изначально положили сына, то увидели там жуткую картину – Ваня лежал, завернутый в мокрые одеяла…

Потеряв почти сутки драгоценного времени, по настойчивому требованию родителей Ваню таки перевезли в реанимацию ближайшей Люберецкой районной больницы, где его подключили к аппарату искусственного дыхания. Медики оценивали состояние ребенка как тяжелое – констатированы ожоги в области головы, лица, шеи, туловища и конечностей. Общая площадь ожогов составила 85 процентов тела. Круглосуточно кололи обезболивающие лекарства. Множество ожогов были глубокими, что вызывало опасение возникновения гнойно-септических осложнений. Прямо скажем, реальных шансов на выживание у мальчишки практически не было, поэтому родители просили врачей отправить Ваню в Москву в ожоговое отделение.

– Врач Звенигородской больницы нам сказал прямо, что для перевозки на специальном автомобиле нужно 50 тысяч рублей, – рассказывает Ванин отец Иван Иванович Нагирный. – И еще он сказал, что если и найдем мы такие деньги, то все равно до Москвы сына не довезем, мол, он умрет по дороге. Представьте наше состояние на тот момент – у нас не было другого выбора, и мы поехали в столицу. Правда, деньги, которые мы принесли, врач не взял, но заставил нас подписать бумаги, что мы предупреждены на случай смерти Вани в дороге.

 

До Москвы мы Ванюшу довезли благополучно. В областном ожоговом отделении его сразу же положили в реанимационное отделение, где он пролежал больше месяца. Нас к нему не пускали, лишь сообщали о его состоянии – оно было стабильно тяжелое. Мы с женой сняли квартиру, устроились временно на работу, так как нужны были деньги, и ежедневно ходили в больницу. Кроме того, мы объездили все близлежащие храмы и молились за нашего сына. Господь, видимо, услышал наши молитвы, и наш Ваня пошел на поправку. 19 августа его перевели в палату, где с ним уже находилась и мама.

– Как жутко было смотреть на Ваничкины страдания первые две недели, – вспоминает Оксана Юрьевна, вытирая непрошенные слезы, – ему перестали колоть обезболивающие лекарства, начались страшные боли. Хотя он у нас терпеливый мальчик, но это было выше его сил. Он плакал, просил сделать ему укол, кричал, что жить не хочет. Но постепенно привык к боли.

В московской клинике Ваня пробыл почти 4 месяца. У родителей закончилась миграционная карта, и они вынуждены были забрать Ваню и уехать домой – в Николаев.

– Сейчас Ваня проходит курс лечения в нашей больнице, – рассказывает лечащий врач ожогового отделения городской больницы № 3 (в Дубках. – Прим. авт.) Сергей Владимирович Смирный. – Что я могу сказать? Больные с такими ожогами редко выживают. Надо отдать должное российским врачам, которые провели большую реанимационную работу по локализации пораженных очагов. Дальнейшее лечение Вани будет заключаться в многоэтапном излечении оставшихся рубцов. Ему предстоит перенести множество операций. Так что лечиться он будет не один год. Организм растет до 18 лет, рубцы тянутся, поэтому будем проводить операции по пересадке кожи. Одну из таких операций мы провели неделю назад. Самое страшное, конечно, позади: ребенок остался жив. Но впереди его ждет многолетнее лечение.

…С Иваном Нагирным журналисту удалось пообщаться у него дома. Лежа на кровати, он без стеснения вступал в разговор. Немного хрипловатым голосом он рассказал о событиях, которые с ним произошли в Подмосковье. На безымянном пальце его правой руки – серебряное колечко с надписью «Спаси и сохрани!».

– Это колечко мы надели ему уже позже, – объясняет Ванина бабушка Зоя Степановна, – а на момент несчастья на Ване был православный крестик. И что характерно, крестик не сгорел и даже ниточка, на которой он висел, не сгорела, а лишь стала немного короче. Как рассказал нам Ваня, они с тетей Ларисой накануне пикника были в различных храмах и там купили этот крестик. Возможно, именно он и спас нашего Ванюшу от смерти.

Иван постепенно возвращается к жизни. Недавно к нему приходила его учительница с одноклассниками. Посетила его и тренер по прыжкам в воду В.Ф. Веприк, у которой Ваня раньше тренировался. До трагедии он активно занимался спортом, принимал участие в соревнованиях, занимал призовые места. А на последних соревнованиях в Харькове попал в десятку лучших и планировал ехать в Болгарию. Но не судьба.

Сегодня родители Вани Нагирного обращаются ко всем неравнодушным людям и просят финансовой помощи. На дальнейшее лечение сына им нужны деньги, которых у них нет. Все, что у них было, они потратили на лечение в Москве. Они заранее благодарны всем, кто откликнется на их просьбу о помощи, подарив надежду на выздоровление их сына.

 

Татьяна ФАБРИКОВА

Помогите  ребенку!

Деньги можно перечислить на карточку ПриватБанка № 5211537430638507 (Нагирная Оксана). 

Контактный телефон: 0988453841

Обсуждение

Пожалуйста, введите буквы, показанные на картинке.
Буквы вводятся без учета регистра.